UCOZ Реклама
Ищешь экскаватор? Посмотри на сайте http://stroyarenda.by. Большой каталог!

Свежий номер...

Вторник 9 апреля 2002 года №51



"А я хочу в Бразилию..."


Удивительные бывают совпадения. Ровно полгода назад в "Симбирский курьер" по электронной почте пришло маленькое письмо из бразильского города Сан-Паулу. Автор, Георгий Величко, писал по-английски, что в 1959-1964 годах жил в Ульяновске, на ул. 12 Сентября, и что в нашем городе у него осталось много друзей. Георгий Васильевич назвал фамилию одного из них и просил нас помочь с ним связаться. "Курьер" же он в своем Сан-Паулу читает в Интернет-версии. У нас остались тогда вопросы, что делал Георгий Величко в Ульяновске и как попал отсюда в Бразилию... Историю эту знает ульяновская журналистка Валентина Бутрова. Предлагаем ее рассказ.
"Жертва империализма"
В пятом классе мы страстно увлекались географией. Больше всех мое воображение поразила Бразилия: вечное лето, Амазонка, самая маленькая на свете птица колибри... Крокодилы, бегемоты, обезьяны, кашалоты... Вот бы где побывать! Ну хоть одним глазком посмотреть. Одно плохо, страна-то капиталистическая. А значит, трудовому народу там живется худо...
Когда я училась в девятом (это была средняя школа №50, расположенная в Киндяковке), в параллельном классе появился новенький. Звали его Павлик Величко. Говорили, что он приехал из Бразилии. "А почему у него фамилия украинская?" - украдкой рассматривали мы новичка. Мальчик как мальчик. Длинный, худенький. Блондин, а глаза темно-карие. Волосы, стриженные под "канадку", чрезвычайно модную тогда прическу. Разговаривал с заметным акцентом. Как-то оба наших класса ездили на картошку. "Айда на трактор!" (с ударением на последнем слоге) - весело кричал Павлик. Относились к нему бережно-уважительно, как и подобает относиться к жертве империализма. Во всяком случае "четверки" по сочинениям ставились автоматически. Впрочем, поводов для плохого к себе отношения мальчик не давал: исполнительный, добрый, нежадный.
Ностальгия
Об истории появления семьи Величко в нашем городе писала тогда "Ульяновская правда". Публикация называлась "Путешествие в "рай" и обратно". Отец Павлика, Василий Николаевич, попал в Бразилию в 1925 году 15-летним мальчиком. Случилось это следующим образом. Однажды в селе Багна Черновицкой области появился человек, который ходил из хаты в хату и рассказывал о стране за океаном, где каждый может найти работу и всегда к обеду будет иметь кусок мяса и стакан вина. Пропаганда сработала. Семья Величко сильно голодала. Кроме Васи, у родителей было еще трое ребятишек. Сотни украинских крестьян поехали тогда искать лучшей доли в ту неведомую страну. Говорят, хорошо там, где нас нет. Неприветливо встретил чужестранцев Сан-Паулу. Микола Величко долго перебивался случайными заработками, у семьи продолжительное время не было своего угла. Эмигранты тосковали по родной Багне. Дети, в том числе и Василий, так и не смогли получить даже среднего образования. Прошло более трех десятков лет, они обзавелись семьями, однако надежды вернуться к берегам Отчизны дальней не теряли. Радовались любой доброй весточке об СССР. Когда запустили первый искусственный спутник Земли, восторгам не было границ. Именно тогда многие выходцы из страны Советов начали возвращаться на Родину. Стал подумывать о переезде и Василий Николаевич. В ту пору он был обременен семьей, где подрастали пятеро сыновей. Жилось трудно. Глава семьи работал в итальянской компании по производству алюминиевых поршней к автомобилям.
"Словно автомат, прикованный к рабочему месту, Величко наполняет расплавленным алюминием формы. Пот заливает глаза, рубашка прилипает к телу... И все это десять часов в сутки", - так "Ульяновская правда" живописала ужасы капиталистической эксплуатации...
В СССР всё делают машины
- Базилио, посмотри вот это, - обратился к Величко знакомый продавец книжного магазина, где русские эмигранты нелегально приобретали литературу о Родине.
В журнале "Советский Союз" внимание Василия привлек снимок первого в Европе цеха по автоматическому производству алюминиевых поршней к автомобилю "ЗИС". Все здесь, начиная от подачи металла и кончая упаковкой готовой продукции, делали машины. Это был Ульяновский завод малолитражных двигателей. Так вот какая она, Родина...
Через океан плыли на польском судне "Пяст". Капитан рассказывал, что каждым рейсом отвозит в СССР по нескольку семей выходцев из России. "А сколько еще не могут вырваться из неволи", - думал Василий Николаевич, вспоминая своих сестер, разбитого параличом отца, родных жены Марии Архиповны. Они уже давно лелеяли надежду вернуться на Родину.
- Теперь вы - граждане СССР. Имеете право на труд, отдых и образование, - торжественно возгласил, обращаясь к семье Величко, секретарь советского консульства в Гданьске.
Работать Василий Николаевич стал в том же самом цехе, который был сфотографирован в журнале. Старшие сыновья - Сергей и Петр - устроились чертежниками в облпроект, младшие - Георгий, Борис и Павел - стали ходить в школу. Семья Величко прожила в Ульяновске почти пять лет. 18 мая 1964 года все семеро отбыли назад в Бразилию. Уезжали через Италию. И помогла им в этом та самая промышленная компания, которая нещадно эксплуатировала главу семейства в Бразилии, ибо партком завода малолитражных двигателей помогать с получением визы на отъезд в Сан-Паулу отказался. Кому нужны лишние неприятности. Кресла-то, наверное, подороже каких-то странных Величко.
Остались без одежды
Почему они уехали? Ульяновская действительность сразу же повергла семью наивного бразильского украинца в состояние шока. Да, цех по производству поршней оказался действительно замечательным и в своем роде уникальным. Но платили Василию Николаевичу по бразильским меркам копейки. В Сан-Паулу он работал один и содержал жену и детей. Семья имела дом, сад, оранжерею. Держали кухарку! В Ульяновске пришлось работать всем, кроме донны Марии. Двое младших доучивались в вечерней школе и работали в инструментальном цехе того же ЗМД. И едва сводили концы с концами. Приехали Величко ранней осенью налегке, в моднейших пестрых пиджаках. Высоким красивым мальчикам завидовала вся Киндяковка. Теплые вещи надеялись купить на месте. Не тут-то было. Местные магазины повергли их в ужас. Вспомним Ульяновск 1959 года. Приличную одежду мы не покупали, а "доставали" и "справляли". В ателье были страшные очереди, царили стандарт и дурной вкус. Нам это казалось нормой, а бразильцы сравнивали. Когда начались морозы, им выдали телогрейки и малахаи с заводского склада спецодежды. Чем не решение проблемы! Первый снег парней изумил. Они носили ушанки задом наперед и падали на скользких улицах. Очень страдали от отсутствия овощей и фруктов. Садов почти не было. На рынках - дороговизна. Как бедная Мария Архиповна умудрялась накормить шестерых огромных мужиков, один Бог ведает. Скромные, трудолюбивые и культурные, чужестранцы очень страдали от среднерусской необязательности, хамства и нечистоплотности. Они не принимали наши традиции, нравы и порядки. Когда ударил мороз под сорок, Мария Архиповна не пустила мальчишек на работу. А в цехе скандал, чуть ли не товарищеский суд устроили.
"Меньше народу, больше кислороду"
- Я больше не приду в ваш магазин, - заявила как-то донна Мария продавщице. - Вы мне подсунули прокисшее молоко, оно у меня свернулось!
- Ну и не приходи, - не полезла за словом в карман труженица прилавка. - Меньше народу - больше кислороду.
Никак не складывались отношения с местными девушками. "Останутся неженатыми", - запаниковали родители.
Конечно, добрые люди их жалели и старались помочь. Завод предоставил очень неплохую по тем временам двухкомнатную квартиру почти со всеми удобствами. Можете представить, что такое отдельное жилье, когда большинство рабочего класса ютилось в коммуналках. Но бразильцам было плохо. Тесно! Наконец им дали замечательную трехкомнатную квартиру в элитном доме по ул. 12 Сентября, где жило одно начальство. Почти центр города! Но они все равно страдали от тесноты и неудобств. Чашу их терпения переполнил продовольственный кризис, разразившийся осенью 1963 года в результате деятельности главного кукурузовода страны. Все макароны с полок подмели...
- Если бы разрешили, пешком бы пошли в Сан-Паулу, - стонали бразильцы. И они уехали.
Кстати, город этот в ту пору был совсем небольшим. Буквально за несколько десятилетий он сделал мощный рывок вперед. Теперь это самый большой город мира - 15 млн 200 тыс. человек. Город-государство. Кстати, мы имеем возможность видеть окрестности этого мегаполиса в многочисленных бразильских телесериалах. Жаль, о том, какова настоящая жизнь в Сан-Паулу, по этим кинокартинам судить сложно.
Словом, затерялись ульяновские бразильцы в городе-гиганте как иголки в стоге сена. А как хотелось бы узнать об их судьбе...


[предыдущая|обратно...|обсудить статью|следующая]

Hosted by uCoz